Митрополит Почаївський Володимир – про те, чому йдуть у монастир (рос)

“Монашество… Сколько противоречивых мифов существует вокруг людей, сугубо посвятивших свою жизнь Богу. Понять, что такое монашество на самом деле, наверное, не дано тем, кто сам не живёт в монастыре.

Но всё же мы решили попробовать заглянуть, насколько это возможно, в мир иноков. Как? Через беседы с наместниками Лавр.

Продолжает цикл интервью о монашестве беседа с наместником Свято-Успенской Почаевской Лавры митрополитом Владимиром (Морозом)”, – пишет редакция “Фома в Украине”. В день памяти основателя монашества преподобного Антония Великого Информационно-просветительский отдел УПЦ публикует интервью владыки журналу полостью.

— Что влечет людей в монастыри в наше время? В монастырь уходят или приходят?

— Я бы сказал, что приход человека в монастырь несет в себе некую тайну. Пожалуй, вы не найдете монаха, который бы четко и определенно ответил на этот вопрос иначе, чем «Господь призвал». Мы не можем ответить на вопрос — почему мы родились или почему мы живем в этой стране, а не в какой‑то другой. Так же и в духовной жизни: одни люди верят в Бога, другие живут исключительно в материальной плоскости. Кому‑то достаточно раз в неделю побывать в церкви, а кто‑то посвящает церковному служению всю свою жизнь. Монах посвящает всецело себя Господу, следуя призыву Христа: «И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную» (Мф. 19:29). Это особый путь служения Богу, но он вовсе не означает, что он единственно верный для спасения души. Служить Богу и исполнять Его заповеди можно где угодно, а быть христианином в миру в наше время особенно трудно, это настоящий подвиг. Церковь Христова — неиссякаемый источник благодати, и кто сподобился получить ее в церковных Таинствах, тот не променяет ее ни на какие земные блага. В монастыре человек имеет возможность стяжать благодать Святого Духа в особо благоприятных для этого условиях, но от такого человека требуется постоянный усердный труд. Как говорили старцы: «Усилие от нас, а помощь от Господа». Так что можно сказать, что в монастырь и уходят, и приходят. Уходят от мира и приходят в монастырское братство.

— Бывает ли так, что человек приходит в обитель в романтических чувствах, начитавшись книг о великих подвижниках, а, осознав, что его представления о монашестве не совпали с действительностью, покидает ее? Это распространенное явление? У монастырей есть какие‑то способы защиты от такого рода мечтателей?

— Романтические чувства характерны, как правило, для молодых людей, неофитов. Ведь и в число братии попадают не сразу и не все желающие. Был случай, когда в монастырь пришел молодой человек, начитанный в святых отцах, особенно хорошо знающий труды преподобного Симеона Нового Богослова. Кроме того, он знал несколько европейских языков, а также арабский и еврейский. Он высказал горячее желание монастырской жизни, но когда его поселили в многолюдную келью и отправили на послушание на кухню (через это проходят все пришедшие в монастырь), то тут же его желание подвизаться в монастыре исчезло. Конечно, ему можно было бы выделить отдельную удобную келью, но смог ли бы в таких условиях раскрыться человек его потаенного сердца? Как бы он научился основополагающим христианским добродетелям — смирению и послушанию? Как видите, у нас довольно жесткие, но испытанные веками способы определения того, насколько искренне человек пришел в монастырь.

— Несколько лет назад и в светских, и в православных СМИ поднялся шум относительно книги бывшей послушницы, описавшей жизнь монастыря в негативных красках. Послушание игуменье автор представила как рабство, а монастырь — чуть ли не тюрьмой.

— Если человек приходит в монастырь не по призванию, а с желанием самоугождения и служения своим страстям и похотям, то, действительно, он начинает воспринимать монастырь как казарму или тюрьму. Тем более, если в миру совершенно не было за ним никакого родительского контроля и ему все было позволено. Но на самом деле, как бы это высокопарно ни прозвучало, лишь в монастыре человек обретает подлинную духовную свободу и учится по‑настоящему любить. Дело в том, что в миру отношения людей друг с другом чаще всего имеют меркантильный и временный характер до первого серьезного конфликта, а в монастыре человек учится преодолевать свою самость, свое «я» и жить для Бога и других людей, молиться, подражая в этом Самому Христу, за всех — не только за хороших, но и за плохих.

— Почему при постриге человеку меняют имя?

— Это ощутимое начало новой жизни. Человек таким образом отрекается от своей прежней греховной жизни и побуждается к решимости жить по‑новому. Если раньше, до монашества Василий (допустим) многое себе мог позволить такого, чего теперь стыдится, то сейчас с новым именем — к примеру, Мелхиседек — он стремится подражать в жизни Христу и святому, в честь которого его назвали.

— Почему у монахов только три обета — девства, послушания и нестяжания? И почему именно такие?

— Указанные обеты, если человек старается тщательно их исполнять, позволяют ему приобрести множество других добродетелей и избавиться от пагубного воздействия грехов. Девство, например, дает возможность стяжать целомудрие, кото- рое, по мысли преподобного Иоанна Лествичника, является совокупностью всех добродетелей. Послушание научает основе добродетельной жизни — смирению — и избавляет от многих непредвиденных и нежелательных искушений, о чем пишет преподобный авва Дорофей. Нестяжание помогает сокрушить, по мысли апостола Павла, корень всякого зла — сребролюбие — и научиться подлинному нелицемерному милосердию, сопереживанию и состраданию к другим людям.

— Есть ли какие‑то отличительные черты именно у современного монашества? Ведь в обители приходят из мира, а не «падают с Луны».

— Божья Матерь до рождества — Дева, в рождестве — Дева и по рождестве — Дева. На иконах это Ее состояние изображается в виде трех звезд — на челе и плечах Пречистой. Она являет идеальный образ монашеской жизни, и потому мы, монахи, именуем Ее нашей Игуменией, Ей посвящаем наши обители. Кроме девства, Божья Матерь была украшена и другими добродетелями: смирением, послушанием, нелицемерной любовью, — которые все мы призваны в монашестве и в мирской жизни стяжать.

— Труд и молитва — два главных дела монаха. А что самое главное в молитве? Как научиться подлинной молитве?

— В монастыре идеальные условия для молитвы, ей посвящается значительная часть дня, а иногда и ночи. С помощью молитвы мы выходим на связь не с такими же, как и мы, смертными людьми, а со Всемогущим, Всемилосердным, Вселюбящим Богом. Молитва — главное монашеское занятие. Если молитва в монастыре становится второстепенным делом, то, как правило, такие обители не процветают, подвергаются разорению и мерзости запустения. Но в то же время молитва, хотя и самое благоприятное, но и самое трудное занятие, ибо ей мешают мир, наши грехи и страсти. По-настоящему молится лишь тот человек, который объявляет решительную войну миру, плоти и диаволу. Таким образом, молитве учатся через покаяние, осознание своей греховности и решительную борьбу с ней.

— Современный мир все чаще называют постхристианским. Какова роль монастырей сегодня? Что они могут дать современным людям? Раньше монастыри были «двигателями прогресса» в плане развития культуры, науки, просвещения. Что можно сказать о нынешних монастырях в этом ключе?

— Да, многие современные люди смотрят на монастыри и монашество лишь как на красивую экзотику и совершенно не понимают смысла иноческого жития. Может показаться, будто нынче монастыри не имеют такого влияния на жизнь этого мира, какое имели раньше, но это на первый внешний неискушенный взгляд. На самом деле и сейчас наши монастыри незаметно оказывают огромное влияние не только на христианский мир, но и на людей совершенно чуждых христианским идеалам. Нет такого христианина, который бы не мечтал поехать в паломничество в нашу Почаевскую или Киево-Печерскую, или Святогорскую Лавры и другие монастыри. Что их влечет сюда? Прежде всего, размеренный, неторопливый и уставной строй богослужений, возможность неспешно очистить свою душу во время исповеди у опытных духовников, а главное — все паломники вдохновляются благодатным устроением обителей, их многочисленными святынями: чудотворными иконами и мощами преподобных.

Все это побуждает священников и мирян и на своих приходах стремиться к идеалу христианской жизни. И верующие миряне, которые трудятся среди обычных светских людей, подобно соли, без слов, предохраняют от полного разложения и гниения окружающий их мир. Так что и доныне монастыри продолжают нести свою миссию духовного просвещения. Во время карантина во всех наших Лаврах налажены прямые видео- и аудиотрансляции всех монастырских богослужений. С помощью интернета их теперь могут увидеть и услышать во всех концах земли. Как видим, благодаря монахам на земле никогда не прекращается молитва. И в этом польза для всего мира, ибо мир стоит молитвою, а когда ослабеет молитва, тогда мир погибнет.

— Прокомментируйте, пожалуйста, цитату святителя Григория Богослова: «То́т монах, кто живет для Бога, и притом для Него единого…» А как же «вера без дел мертва» (Иак. 2:26) и служение ближним? Ведь монастыри часто несут социальное служение, но выходит, это не главное?

— Говоря о служении монахов в современном обществе, святой Паисий Святогорец подчеркнул: «Дело монаха — стать сосудом Святого Духа. Он должен сделать свое сердце таким чутким, как листочек сусального золота. Все делание монаха есть любовь, и в путь свой он тоже выходит от любви к Богу, которая заключает в себе и любовь к ближнему. Монах слышит о несчастье людей, его сердце скорбит болью, и он молится о мире. Так монах милует мир молитвой. Есть монахи, помогающие людям больше, чем мог бы помочь им весь мир».

Беседовал диакон Сергий Герук 

Фото из архива Свято-Успенской Почаевской Лавры

 

 

 

Просмотров: 5056